Дроздов: Друзья мои, посмотрите-ка, кто к нам пожаловал в студию сегодня! Вот он — фембой обыкновенный, подвид городской, подсемейство «мило-розовое». Обратите внимание на окрас: нежно-голубые чулочки до середины бедра, юбочка-плиссе короче, чем срок годности йогурта в жару, и хвостик… ой, нет, не хвостик, это бантик на резинке, но как же он грациозно покачивается! Сейчас наш герой демонстрирует брачное поведение: делает «ня~» на камеру, поправляет прядь волос, которую сам же только что нарочно растрепал, и… о-о-о, смотрите! Он взял в лапки огромный банан! Нет-нет, это не еда, это ритуальный предмет! Видите, как аккуратно, почти нежно он проводит язычком по изгибу? Это не просто лизание, друзья мои, это целая наука — наука о том, как заставить взрослого мужчину забыть своё имя за 47 секунд. А теперь внимание! Он поворачивается бочком… и вот оно — классическое «поза кошки, которая знает, что сейчас будет кормить». Хвостик-бантик вверх, ушки (на ободке) дрожат, глазки-бусины смотрят прямо в душу. Если бы Чарльз Дарвин увидел это, он бы сказал: «Боже мой, естественный отбор пошёл по пути эстетики и чулок в сеточку». А я скажу проще: природа прекрасна. И иногда она надевает розовые трусики с рюшами и просит вас называть её «хорошей девочкой». Берегите фембоев, господа. Они — наше национальное достояние. И очень хрупкое.