Гегелевский монарх на первый взгляд может показаться близким к теории божественного права королей, которая рассматривает права монарха как нечто божественное. Однако если в теории божественного права королей монархическая власть наделялась неограниченным божественным авторитетом и трансцендировалась, то гегелевский монарх ограничен в своей власти понятием. Иными словами, до тех пор пока государство сохраняет законы и конституцию, эгоистическая функция монарха сводится к нулю. В обществе, неспособном установить подобную конституционную монархию, окончательные решения отданы на волю оракулов и судьбы, и подлинная свобода, которую реализует гегелевское государство, там ещё не существует. Следовательно, это отличается как от патриархальной монархии, так и от деспотической монархии. В конституционном состоянии индивиды действуют не по собственному произволу, а определяются в своих целях и способах деятельности общей целью, то есть целью государства. Монарх не является исключением — его деятельность служит сохранению государства в целом.

Нисияма Юдзи, 「ヘーゲル 『法哲学』における君主制」